Время. Как много он слышал про эту сомнительную физическую величину. О том, как мало его отведено достойным людям, как оно неумолимо движется вперёд, сметая всех, кто не найдёт в себе сил двигаться с ним в унисон. Но Уолли никогда не понимал этих разговоров, только кивал и убегал по своим как будто очень важным делам. Как будто. Читать далее...
гостевая внешности путеводитель фак правила шаблон анкеты нужные

ONE PERCENT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ONE PERCENT » наша реальность » bring it back


bring it back

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

BRING IT BACK
· · · - - - · · ·
Frenny & Bert // осень 2019, Амстердам 
Мы разбегаемся по делам
Земля разбивается пополам.
Сотри меня, смотри в меня
Останься
Прости меня
За слабость и за то, что я
Так странно и отчаянно люблю.

+2

2

Black Veil Brides - Lost It All


- Будь осторожен, - говорит мама.

Они привстает на цыпочки, хотя этого совсем не требуется, Френсис обнимает ее за талию, ощущая приятную прохладу плотного шелка и едва различимый запах пионов.

- Веди аккуратно!
- Мам, - Френсис нагибается, чтобы зашнуровать высокие черные ботинки, - я всегда вожу, как пенсионер.
- Это правда, - голос Джин льется со стороны кухни, как свет от карманного фонарика, - ты водишь хуже нашего дядюшки, а он тот еще старый пердун.
- Джин! – возмущается мама.

Френсис улыбается и обнимает их снова. Когда очередь доходит до Джин, она обхватывает щеки Френсиса своими прохладными даже не смотря на духоту пальцами.

- Точно не хочешь остаться еще на ночь?
- Нет, - Френсис качает головой, и губы Джин дергаются в непонятной улыбке.
- Скучаешь по нему? – спрашивает она тихо.

Френсис кивает.

- У меня работа.
- Тут вообще-то тоже есть вай-фай, - смеется Джин и отпихивает его от себя.

*

Извилистая полоса автострады тянется до самой линии горизонта, которая с каждой секундой становится все менее различимой из-за надвигающейся откуда-то с запада грозы.  В лобовое стекло начинают ударять первые капли дождя, Френсис сверяется с навигатором – кажется, он застрял на участке без единой заправки.

Приглушенный голос диктора по радио смазывается из-за помех, но Френсис успевает расслышать, что на выходных в Амстердаме обещают просто замечательную погоду.

«Самое время отправиться на пикник с родными», - хрипит голос из динамиков, - «осень в  этом году действительно феноменальная».

Френсис никогда не бывал на пикниках, даже в детстве. Мама вечно пропадала на двух работах, а сам Френсис был слишком сильно занят тем, что следил, чтобы пальцы Джин случайно не оказались в ближайшей розетке.

«А теперь так любимая вами композиция».

Треск магнитолы становится совсем невыносимой, и Френсис наклоняется, чтобы выкрутить тумблер до минимума. На его ладонь ложатся кривые отблески света, которые растут с каждым мгновением, переползая на запястья, трогая локти и, наконец, касаясь груди. Френсис видит это все, точно в замедленной съемке. Чертовски хорошее слоу-мо.

Ему кажется, что на мгновение в салоне автомобиля становится так ярко, словно кто-то врубил гигантский софит.

Френсис вскидывает подбородок  и, наверное, впервые так близко видит тяжелую морду многотонной фуры. Ее металлический оскал, на секунду выхваченный из темноты фарами Фаерберда, искрится, а потом становится так темно и холодно, что Френсис почему-то совершенно не чувствует собственного тела.

Отредактировано Francys Flynn (2019-01-09 18:29:09)

+1

3

Крупные капли дождя ударяют по железному карнизу, превращая его в барабанную установку и задавая какой-то безумный ритм. Кайфолом начинает тихо поскуливать, когда из приоткрытого окна ему на нос начинают попадать искристые брызги прохладного осеннего дождя. Грозовые тучи будто стирают все тепло, которое было ещё пару минут назад.
Берт подходит к окну, прикрывая его и гладя пса по мягкой шерсти. Кайфолом начинает ещё больше скулить.
- Ты чего это, грозы испугался, дурачина?- смеётся Берт, до конца застегивая толстовку Френсиса,- Не бойся, я с тобой, Френни тоже скоро приедет,- щёлкая пальцами по кожаному носу, Берт снова идёт на кухню, где в нескольких кастрюльках и сковородках кипит, булькает, шипит и фыркает будущий романтический ужин. На столе уже стоят купленные днём свечи с запахом ежевики, а разноцветные салфетки уложены в виде чего-то отдаленно напоминающего цветы. Как Берт не старался, листая одно за другим видео на ютубе, повторить складывание салфеток ему все-таки не удалось.
Шум готовки разрезает телефонный звонок с незнакомого номера. Берт не любит брать такие номера. Обычно там реклама или что-то вроде «а вы верите в макароны?». И от этого всего крайне сложно отвязаться. Но сегодня с самого утра он разговаривал только с Кайфоломом и молчаливой азиатской продавщицей в магазине через дорогу, поэтому немного человеческой живой речи ему не помешает.
- Алло,- звонко говорит Берт, пытаясь запихнуть в щерящегося пса кусок свежего болгарского перца.
- Норберт Лемменс? - вежливый голос молодого мужчины по другую сторону почему-то пробирает до костей. Берту так отчетливо становится холоднее, что, откладывая перец в сторону на стол, он проверяет застегнута ли толстовка, не сразу отвечая в трубку, из-за чего молодой человек повторяет свой вопрос ещё раз.
-Да, да, это я, извините, - поспешно говорит Берт, чувствуя, как иррационально быстро начинает колотиться сердце.
- Мистер Лемменс, Вы записаны в контактах страховки Френсиса Флинна. Вы знаете такого человека?
-Д-да,- голос Берта дрожит, а сам он опирается рукой на столешницу, привариваясь бедром к скулящему Кайфолому. После таких вопросов вряд ли последует фраза, что Френс выиграл миллион по номеру своей страховки и теперь по средствам какого-то левого мужика предлагает обмыть это дело.
- Вы не могли бы подъехать в университетский медицинский центр для уточнения нек...
- Что с ним случилось?! - перебивает Берт, понимая, что в комнате закончился абсолютно весь кислород. Вокруг только вакуум. Такой же беспощадно равнодушный, как вежливый голос по другую сторону трубки.
- Мистер Лемменс, вам нужно подъехать... - настойчиво говорит мужчина, продолжая диктовать какие-то координаты.
У Берта нет сил.
Убит, сломлен, раздавлен.
*
- Майки, я,- всхлипывая в трубку, Берт все так же на кухне, только теперь он сидит на полу, крепко прижимая к себе Кайфолома, который сначала делает попытки вывернутся, ударяя хозяина головой по губе. Кайфолом уже давно смирился со своей судьбой, а из губы все так же сочится сукровица.
- Я не знаю, что делать, я не могу пошевелиться,- с силой сжимая свои чёрные волосы, Берт упирается лбом в собачью морду, начиная поскуливать вместе с псом.
- Так, Берт,- слышится по другую сторону телефонной трубки,- Ты сможешь доехать на такси? Мне до больнице ближе и к твоему приезду я уже все узнаю.
- Я не знаю, я не помню адреса, я не...
- Я все укажу, ты сядешь, а я встречу тебя у порога.
*
Берт стоит напротив входа в  больницу, прижимая к груди поводок, на конце которого прицеплен Кайфолом.
- Пса нужно было оставить дома,- вздыхает Майки, прижимая ладонь ко лбу и рассматривая собаку, которая начинает едва заметно рычать, стоит ему сделать ещё микрошаг вперед.
- А? - Берт вздрагивает, когда тёплые руки брата касаются его ладоней, забирая из рук поводок,- Не трогай меня,- очень тихо говорит он, снова начиная плакать,- Ты узнал? - Кайфолом рычит сильнее, прижимаясь к затянутому в чёрную джинсу бедру Берта.
- Нет, они скажут только родственникам,- что-то щёлкая в телефоне, Майки быстро добавляет, пугаясь сквозящего в глазах Берта ужаса,- И тебе.
*
Майки остаётся на улице с рычащей и скулящей собакой, пока Берт, абсолютно не чувствуя ног, идёт по длинному коридору, наполненному снующими туда-сюда людьми.
- Здравствуйте,- он долго смотрит на медсестру, сидящую за стойкой, когда подходит его очередь. Слова никак не хотят формироваться из хаотично разбросанных по голове букв.
- Сэр? - аккуратно спрашивает хрупкая девушка с аккуратно убранными в хвостик волосами. Из глаз Берта начинают капать крупные слёзы.
- Я... - шмыгая носом, Берт быстро пишет на клочке бумаги «Френсис Флинн», протягивая девушке.
-Вы родственник?- что-то вбивая в компьютере спрашивает девушка, запинаясь, когда на экране, видимо, появляется информация.
- Что там? Он умер? - почти кричит Берт, перегибаясь через стойку и пытаясь заглянуть в экран.
- Сэр, я буду вынуждена вызывать охрану, если вы продолжите...
- Мне нужно знать, пожалуйста,- всхлипывает Берт, закрывая лицо ладонями,- Я не родственник, я просто его Берт,- кладя голову на стойку регистрации плачет он, громко всхлипывая и привлекая к себе максимум внимания. Кажется, все те таблетки, что он принимал, все они выходят через слезы, снова оставляя Берта один на один с его демонами и болью.
- Он жив, сэр,- девушка аккуратно касается пальцами чёрных волос Берта, подавая кому-то знаки,- Вам лучше присесть вон там и подождать доктора, Малик вас сейчас проводит...

+1

4

Время тянется медленно, как под тем печеньем с гашишем, которое продают тут едва ли не каждом углу. Не тут, в больнице, а тут – в Голландии, конечно.

Двери в  холл то открываются, то закрываются, и когда в них наконец-то показывается долговязая фигура Майки, Берт едва  не подпрыгивает на месте. Нервы внутри него и без того перетянутые, как гитарные струны, кажется, трещат, оголяясь и ударяя куда-то в мозг.

Берт больше не может плакать, потому что все слезы, кажется, закончились еще час  и семь минут назад. Вместо этого он поднимается  и на негнущихся ногах идет вперед до тех пор, пока его колени не упираются в чужие, затянутые в  до жути нелепые вельветовые штаны.

- Тебя не пустили? – спрашивает Майки.

Берт качает головой. Медсестра, наверное, трижды повторила ему, что сначала нужно дождаться кого-то из родственников.

- А где?– шепчет Берт, и его голос ломается, как сухая ветка.
- Я позвонил Рону, он забрал пса к себе, пока, - Майки сует ладони в карманы, - пока мы со всем не разберемся.
- Ты не уйдешь?
- Нет, - Майки качает головой и  держит Берта за плечо, пока они возвращаются на белый кожаный диван.

*

- Френсис Флинн, - говорит чужой голос, - да, я его сестра.

Это заставляет Берта вынырнуть из того странного состояния на границе реальности и сна, в котором он находился. Он с трудом отдирает голову от плеча Майки и щурится в сторону стойки регистрации.
Джин снова спрашивает что-то у медсестры, та кивает и показывает на большие светлые двери.

- Эй, - хрипит Берт, - а я.

Джин оборачивается. Румянец на её щеках лежит нездоровыми красными пятнами, волосы стянуты в тугой хвост из которого торчит пара неаккуратных прядей, а пальто темнеет, кажется, прямо поверх пижамной рубашки. Белый электрический свет льется сверху, и все это почему-то напоминает операционную. Джин подходит ближе – от нее пахнет бензином и дождем, и теперь Берт замечает, что ее волосы мокрые.

- Пошли, - говорит Джин ровным спокойным голосом, - он в палате интенсивной терапии.
- Нас пустят?
- Не совсем, - взгляд Джин останавливается на Майки, - у нас десять минут.

*

В помещении, куда их отводит молчаливый парень в голубой форме тесно и пахнет лекарствами. По сути это просто узкий коридор с кучей одинаковых белых дверей. Как в кошмаре, когда ты бежишь вперед в попытке найти выход, но не можешь, потому что за дверьми ничего нет. Берт идет за Джин, стараясь смотреть только на ее спину и едва не спотыкается, когда парень в голубом резко тормозит.

- Вот тут, - говорит он, протягивая руку к нитке жалюзи, - внутрь пока нельзя.
- Спасибо, - отвечает Джин, - Вы можете нас оставить?

Берт зажмуривается, словно в детстве. Стоит закрыть глаза – и все монстры исчезнут. Он стоит так до тех пор, пока чужие пальцы не трогают его за плечо.

- Я думаю, тебе стоит посмотреть, - говорит Джин, и это почему-то звучит, как приговор.

+1

5

Его Френсис, его принц, его опора и поддержка, оплот его духовного равновесия лежит по середине просторной бледно-голубой комнаты с мерзким белым освещением. Совсем один, такой неправильной маленький и бледный, в окружение трубок и мониторов, перемигивающихся на все лады.
Френсис словно по другую сторону. Этого мира.
Прижимаясь ладонями и носом к большому стеклу, Берт чувствует, как перестаёт дышать, судорожно выхватывая из общей картины мелкие, ужасно пугающие детали. Несколько трубок вылезают у Френсиса откуда-то из живота, по ним течёт что-то непонятное бледно-розовое, сливаясь в пластиковый, мягкий мешок, прикреплённый к железным частям низа кровати. Одна рука полностью замотанна бинтами, а ко второй тянется огромный ворох проводов. На груди Френсиса, помимо его ярких и многочисленных татуировок, которые на фоне бледной кожи кажутся какими-то странными и инородными, прикреплены плоские, соединенные с проводами кружки. Над тонкой, такой хрупкой на всём этом фоне ключицей слева воткнут катетер, от которого идёт сразу несколько трубок с разным по цвету содержимым. Прозрачным, белым и красным. Вид чужой крови, вливающейся в его Френни, пугает Берта, но он упрямо, цепляясь пальцами за скользкое прохладное стекло, смотрит на него.
Когда взгляд Берта доходит до лица, он закрывает ладонью рот, наконец шумно выдыхая. Лёгкие наполняются обратно воздухом, отдавая болью в груди.
Вся нижняя часть лица Френсиса замотана плотными бинтами, и даже трубки, тянущиеся к нагнетающему воздух аппарату искусственной вентиляции легких, введены в нос.
Воображение рисует настолько страшные картины, что Берт не успевает даже мазнуть взглядом по слишком спокойно закрытым глазам Френса и его сбившимся слегка отросшим волосам.
- Боже,- сползая по стеклу и стене на пол, Берт быстро оказывается в руках подбежавшего к нему медбрата. Берт снова жмурит глаза, закрывая их для верности руками. Это не с ними, не про них. Почему Френсис, человек, с таким добрым и большим сердцем, оказался там, так беззащитно раскинутым на этих дурацких стерильных простынях.
Медбрат ведёт его обратно по длинному коридору, передавая в руки родного брата, который кивает врачу и пожимает его руку, прежде чем перехватить Берта.
- Ты как?- Майк убирает чёрные, налипшие на лицо Берта пряди, усаживая его на неудобные металлические сиденья, где они просидели, кажется, уже не меньше десяти часов.
- Он...- Берт всхлипывает, утыкаясь носом в клетчатую рубашку брата и бормоча что-то бессвязное, прерываемое только громкими всхлипами.
- Ясно,- вздыхает Майки, чувствуя, как рубашка стремительно мокнет в области плеча. Он и так уже знает всю ситуацию от врача, которого отловил и какой-то магией выспросил о безрадужной ситуации.
В дверном проеме появляется Джин. Ее длинные волосы лежат в каком-то слишком явном и неправильном беспорядке, а во взгляде... Майк понимает ее, не представляя, чтобы случилось с ним, если бы на месте или вместе с Френсисом там был Берт, мелко вздрагивающий сейчас на его плечо.
-Майки, а если он умрет?- тихо и жалобно говорит Берт, приподнимая голову и смотря на брата красными от слез глазами,- Я не хочу жить тогда,- говорит, сразу же пугаясь того, что это было произнесено вслух, а не осталось на вечном прокручивание в голове, как было последние несколько часов.

+1

6

Джин подходит к ним, стуча по полу своими маленькими невысокими каблуками, и по ее внешнему виду становится понятно – насколько она собрана. Как пуля перед выстрелом.

- Берт, - говорит она, - а потом повторяет еще раз, уже громче, - Берт, тебе надо поехать домой.
- Что? – спрашивает Майки.
- Переведи ему с человеческого на, - Джин вдыхает и трет рукой щеку, - на какой он сейчас понимает. Врачи сказали, что Френсис очнется через пару дней.

Она замолкает, а потом добавляет немного тише:

- Это в лучшем случае. Нам  не нужно торчать тут сутками. Из больницы сразу же сообщат, если он, - несколько прядей падает Джин на лицо, и она убирает их назад точно таким же жестом, каким это обычно делает Френсис – коротко и сердито, - проснется.
- Я понял, - отвечает Майки, который кажется Джин вполне адекватным во всей ситуации, ну, или ему просто наплевать, - мы поедем домой.

Джин кивает.

- Я буду в гостинице через дорогу. У Берта есть мой мобильный.

Она смотрит на то, как несколько раз вздрагивают чужие плечи. За все это время Берт так  и не поворачивается, и в  любой другой ситуации Джин, наверное, возмутилась бы. Но не сейчас. Сейчас ей просто все равно – она чертовски устала, и единственное, что ей хочется, это позвонить маме  сказать, что все будет хорошо.

*

Френсис приходит в себя только в субботу – внезапно, словно кто-то просто включил невидимую лапочку в его голове. Он открывает глаза, пытаясь сделать вдох, но не может. Что-то в его горле мешается, и он начинает колотить по кровати левой рукой, стараясь подавить подступающие слезы.

Светло и безумно страшно. Это все, что он чувствует, прислушиваясь к писку приборов и голосам персонала.
Кто-то спрашивает: «Вы понимаете, где находитесь, мистер Флинн? Просто кивните, если, да». Кто-то говорит: «Увеличьте дозу обезболивающего и успокоительного». Кто-то добавляет: «И позвоните родственникам».

Френсис моргает и снова проваливается в холодный, словно апрельская вода в озере недалеко от Зандама, сон. Ему не снится ничего – только пустота, в которой он медленно идет вперед, а  она все не заканчивается.

*

В следующий раз, когда он просыпается, то обнаруживает, что дышать становится чуть легче. Где-то слева все еще пикают приборы, а по белой простыне, накрывающей его тело, текут мягкие солнечные блики. В прошлой палате не было окон, а  это значит, что его куда-то перевезли.

Френсису кажется, что его рот зашили нитками, как в  этих старых фильмах ужасов, когда он пытается разлепить губы, чтобы позвать кого-то. Он безумно хочет пить.

- Эй, - зовет он, и это короткое слово царапает его горло, словно пригоршня раскаленного песка, - тут кто-нибудь есть?

Отредактировано Francys Flynn (2019-01-15 18:23:57)

+1

7

Это похоже на ад. Личный ад Берта Лемменса. Без огня и чертей, а с пустой и безжизненной квартирой, холодной кроватью и давящим чувством собственной беспомощности изнутри. Это кажется ему настолько страшным, что Берту хочется закрыть глаза, спрятаться за собственными ладонями, как в детстве. И чтобы подоткнутое одеяло, под которым безумно сложно дышать было надежным средством от всех монстров, окружающих его. Но это так не работает, а Майки каждый раз вытаскивает его из кокона одеяла, не давая задохнуться. Майки всегда рядом. Каждую минуту с того момента, когда они покинули больницу. Впихивает ли в Берта еду собственного так себе приготовления, даёт ли строго по часам прописанные таблетки или молча сидит рядом в ноутбуке, когда Берт наконец-то вырубается. Единственное, когда он оставляет Берта, подменяя себя Роном, это в среду, когда ему обязательно нужно ехать в университет, чтобы провести какое-то занятие у студентов, на которое ему никто не нашёл замену. Рон приводит с собой Кайфолома, и пёс с протяжным громким лаем прыгает на кровать к Берту, ложась поперёк него и поскуливая.
- Он ничего не ест,- жалуется Берту Рон, указывая пальцем на мохнатую тушку, трущуюся мордой о грудь хозяина,- Может, попробуешь его покормить, он походу просто от тоски по вам не ест, я слышал про такое,- пожимает плечами Рон, убирая руки в карманы, садясь на край кровати,- Ничего не слышно... нового?
Берт поджимает губы, отрицательно мотая головой, и прижимается лицом в мохнатой голове Кайфолома. Они с Майком ездили в больницу несколько раз. Берт хотел ездить хотя бы каждый день, но Майки, Джин и даже лечащий врач Френсиса сказали, что в этом сейчас нет смысла, поскольку в отделение интенсивной терапии все равно нельзя находиться. А через стекло Френсис даже не почувствует его присутствия. Берт тогда хотел возразить, что это неправда, что Френсис все равно будет знать, что он рядом, потому что они любят друг друга, но, кажется, в тот момент он снова плакал или залипал, уткнувшись в плечо брата или собственные руки. В последнее время такое все чаще.
-Ты скучал?- тихо говорит Берт, обращаясь к Кайфолому, на что тот отвечает визгливым лаем и вилянием хвоста,- Ты тоже скучаешь по нему?- пёс перестаёт вилять хвостом, облизывая широким розовым языком лицо Берта, из-за чего тот морщится,- Ты ничего не ел у Рона, чтобы съесть меня, ах, ты маленький засранец,- впервые со времени аварии губ Берта касается лёгкая улыбка,- Пойдём тебя покорим, чудище.
*
- Да, Джин?!- кричит в трубку Берт, когда на экране телефона появляется ее имя. Сердце ухает где-то в районе горла, замирая с первым вздохом Джин, когда она начинает говорить,- Очнулся?! Когда?- внимательно слушая быструю речь девушки, Берт кивает, окончательно вскакивая с кровати и начиная стягивать с себя домашние штаны, чтобы заменить их на чёрные узкие джинсы с дырками на коленках,- Я скоро буду,- чуть ли не задыхаясь от навалившихся эмоций в итоге говорит Берт, отключая звонок и бросая телефон на кровать.
-Один ты никуда не поедешь,- говорит Майк, даже не спрашивая, что сказала Джин. По сияющей улыбке на губах Берта можно понять, что все хорошо. Но даже это состояние опасно для него.
Когда они приезжают в больницу, Берта почти начинает трясти от перевозбуждения. Он много говорит, смеётся и жестикулирует, из-за чего Майк несколько раз переспрашивает, пил ли тот сегодня лекарства.
В палате, куда перевели Френсиса, просторно и светло, совсем не похоже на ту комнату с неживым белым светом и грязно-голубыми стенами. Заходя, Берт проскальзывает мимо Джин и врача, подходя к кровати и аккуратно касаясь левой руки Френсиса. Он спит, и его грудь расслабленно и спокойной вздымается от каждого вдоха. В этом есть что-то умиротворяющее.
-Я здесь, - шепчет Берт, как будто их осудят, если услышат,- Я так скучал,- он чуть крепче сжимает чужие пальцы, но Френсис все равно не просыпается, отключённый какими-то сильными лекарствами.
*
Джин выходит за кофе, освобождая кресло в углу палаты, куда Берт плюхается, скрещивая пальцы на закинутых одна на другую коленях. Тишина палаты разрывается только короткими пиканьями мониторов, но сейчас они словно отмеряют секунды до долгожданной встречи. И Берт сейчас даже немного рад этому ожиданию счастья.
Тихий хриплый голос Френсиса заставляет Берта подпрыгнуть на месте, а после рвануть к кровати, кажется, со скоростью света.
-Френни,- выдыхает Берт, цепляясь пальцами сначала за железный бортик кровати, а потом уже за прохладные бледные пальцы в татуировках.
-Можно мне попить?- говорит Френсис, слегка дергая рукой в сторону.
-Да, конечно, сейчас,- Берт хватает со стола специальную бутылку с трубочкой, аккуратно поднося ее к сухим потрескавшимся губам. Френсис пьёт короткими глотками, но так жадно, словно до этого бежал кросс.
-Спасибо,- тихо отвечает он, отворачиваясь от трубочки и снова прикрывая глаза, как будто питье воды отняло у него все силы.
-Все хорошо. Теперь все будет хорошо,- почему-то так же тихо говорит Берт, касаясь пальцами волос Френсиса. Ему плевать, что волосы грязные и кое-где ещё остаётся налипшая кровь. Это все кажется таким мелким и неважным, потому что его Френни сейчас рядом с ним, живой и скоро будет здоровый,- Я так скучал,- тихо шепчет Берт, наклоняясь чуть ближе и широко распахивая глаза, когда Френсис дёргается и, морщась, отодвигается от него.
В этот момент в палату входит Джин, неся в руках два стаканчика с кофе, который едва не выпадает из ее рук, когда она видит брата.
-Джин, - хрипит Френсис, кидая ещё один опасливый взгляд на Берта, застывшего около него подобно статуи.
Девушка быстро ставит кофе на подоконник, подбегая к Френсису и хватая его за руку, из-за чего Берту приходится слегка подвинуться в сторону.
-Френни,- ее голос слегка дрожит, хотя на губах играет солнечная улыбка. Как у Френсиса, думает Берт, переводя взгляд с неё на ее брата.
-Джин, кто это? - негромко говорит Френсис, останавливая этой фразой сердце Берта. Делая шаг назад, он ударяется бедром об медицинскую аппаратуру, которая громыхает пластиком, привлекая к себе внимание.
Берту нечем дышать. Снова. Его накрывает какой-то волной вакуума, полностью лишая сил.
-Нет,- он шумно хватает воздух, как будто на несколько секунд выныривает из воды, чтобы снова пойти ко дну,- Нет, Френни, нет,- слезы крупными каплями скатываются по щекам, на несколько мгновений застывая на подбородке, после срываясь на серую футболку с принтом Misfits, которую Френсис подарил Берту на первое Рождество, когда они стали жить в одной квартире.

+2


Вы здесь » ONE PERCENT » наша реальность » bring it back